Сама протестная кампания стартовала (символично) в День смеха, 1 апреля, под лозунгами: «Арктика не сдается!», «Арктика не продается!». Тогда одетый белым медведем активист Гринписа совершил заплыв на куске пенопласта по Москве-реке.

Удастся ли в итоге экологам помешать российско-норвежской сделке? И может действительно не стоит нарушать нефтеразработками хрупкую, арктическую экосистему? Главе Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов прокомментировал:

«Несмотря на раздуваемый в отношении Арктики скепсис, я убежден: это один из перспективных регионов добычи энергосырья для развития человечества в обозримой перспективе. Очень и очень нескоро найдется адекватная альтернатива углеводородам. Поэтому мы будем вынуждены осваивать все более тяжелые зоны. Делать это в одиночку не сможет ни одна страна. Вполне логична кооперация Роснефти в этом деле с мировыми компаниями, такими, как американская ExxonMobil, итальянская Eni, и вот теперь с норвежской Statoil. Норвегия, наряду с Россией, США, Канадой, является крупной арктической нефтегазовой страной. Statoil накопил ценный опыт работы в суровом климате, в зоне северных морей. Норвежцы имеют технологии извлечения нефти на малых глубинах с использованием подводных комплексов, что является новым этапом развития шельфовых проектов.

Технология трудоемкая, но Россия уже взяла ее на вооружение, она используется Газпромом на Сахалине. В Норвегии научились вести геологоразведку арктического дна, что я бы (несколько пафосно) сравнил с изучением иных планет. Все это высокие технологии, кстати, подтверждающие истину, — нефтегазовый комплекс сегодня является инновационной отраслью».

Проект России и Норвегии нацелен на освоение ресурсов российского шельфа Баренцева и Охотского морей, а также норвежского шельфа Баренцева моря. Речь, в частности, идет о Персеевском участке в Баренцевом море, участках Магадан-1, Лисянский и Кашеваровский в Охотском. Доля Statoil в совместном предприятии составит 33,33%.

Работа предстоит сложная – бурение в условиях арктических штормов, дрейфующих льдов. Но в самой Норвегии добыча нефти во льдах запрещена. Константин Симонов рассказал:

«К сожалению, эта страшилка популярна: “Ах, кошмар, в Арктике может развернуться экологическая катастрофа!”Это давний спор между экологами и отраслевиками, которые резонно отвечают: “А как жить без электричества?” Экологов приглашают к диалогу. Но… тщетно. Проще, конечно, нарядиться белым медведем и явиться со своими протестами к проходной нефтяной компании. Или залезть на буровую платформу, как это сделал Гринпис на месторождении Приразломное. Это, повторяю, проще, чем вникать в технические решения, в современные передовые технологии. А я убежден, что они позволят максимально избежать негативных последствий. Самые крупные экологические аварии, напомню, случались отнюдь не в суровом климате. Чего стоит один разлив нефти в Мексиканском заливе».

Эксперт убежден: правительство Норвегии не пойдет на поводу у Гринписа. И если будет необходимость, Statoil легко соберет те же 55 тысяч подписей в защиту совместного с Россией проекта. Ведь норвежцы знают, что только нефтегазовому комплексу они обязаны своим сегодняшним благосостоянием.

Помимо арктического проекта у двух компаний есть и другие планы. В частности, по исследованию трудно —доступных месторождений углеводородов в Ставропольском крае (сланцевая нефть) и нефти повышенной вязкости в Ямало-Ненецком автономном округе.



Геннадий Шилов: приоритетами развития автодорог являются Восточное и Южное направления
В Кыргызстане в прошлом году создано 7,6 тыс. новых рабочих мест
Рейс “Колавиа” вылетел из Москвы в Анталью спустя 12,5 часов